Джаз — устная культура эпохи грамзаписи, и в нем возникли три специфических жанра — мусический, концертно-эстрадный и студийный. О них следует сказать особо.
 
Мусическим жанром условимся называть неконцертные формы импровизаций, чаще всего соревновательного, диалогического характера. Такие импровизации не ставят целью создание единого целого, не претендуют ни на репрезентабельность, ни на закрепленность. Здесь главное — сама игра, музыкальный момент, сконцентрированный в одном мгновении. В пьесе нет четко выраженной драматургии (в смысле музыкального сюжета), композиция самая примитивная. От импровизатора требуются не столько качества формостроителя, сколько способность к инициативе и к остроумной реакции на инициативу партнера. Такие формы широко бытовали в античном искусстве (откуда и термин). В фольклоре они живы по сей день: соревнования акынов и макомистов на народных праздниках в Средней Азии, состязания хоров в Эстонии, или ансамблевая песне-пляска — знаменитый белгородский «пересек», настоящий турнир плясуний и частушечниц. Еще два столетия назад в концертной жизни европейских столиц не были редкостью «дуэли» музыкантов, и на эстраде встречались Моцарт и Клементи, Мендельсон и Мошелес... Разумеется, мусический жанр есть и в джазе — такую форму игры музыкантов называют «джем-сешн»

.
Концертно-эстрадный жанр основан на «взаимном соглашении» между публикой и артистом. Публика заключает себя на час в кресла и соблюдает тишину. Артист преподносит публике нечто такое, что ни на мгновение не ослабит ее внимания, и «кресельное заточение» не покажется ей тягостным. В концерте результатом импровизации должна быть композиция. Поэтому здесь и пьесы, и вся программа требуют выстроенности. Налицо сюжет, монтаж контрастов, форма. Но спонтанности оставлено еще достаточно места: допустима инициатива исполнителей, непредусмотренный взлет фантазии, крутой поворот течения пьесы. Всего этого не может быть ни на эстрадном, ни на академическом концерте. И отнюдь не случайно, что аплодисменты джазовому музыканту звучат не только по завершении, но и в середине пьесы, вслед за удачным соло.
Целостность музыкальной драматургии, ясность и стройность формы приобретают особо важное значение при производстве грампластинки (даже если эту грампластинку записывает ансамбль импровизаторов). В студии звукозаписи публики нет, она в другом месте и времени, она будет воспринимать пластинку только как произведение, которое можно прослушивать многократно и по частям, «пари с публикой» отменено, и возможны пробы, дубли, наложение, монтаж, подобно тому, как это происходит при экранизации спектакля. Во имя чего? Только во имя качества формы и отдельных ее элементов.
Джазовые ансамбли и рок-группы часто делают другую аранжировку, избирают иную форму изложения при грамзаписи концертной пьесы. В прошлом такой вопрос не стоял, поскольку практически единственным источником музыкального восприятия было концертное исполнение. Теперь с концертом конкурирует радио, телевидение и грамзапись, электроника рождает целую отрасль «музыкостроения», дискотек становится больше, чем концертных залов, а кассетник оказывается доступнее домашнего пианино. Композиторы и исполнители, музыковеды и журналисты не могут не реагировать на эти новые обстоятельства.
Главная цель — сохранение живой музыки. Конкуренции с ТВ не выдержат заученные, отрепетированные представления. Каждый концерт должен стать неповторимым и уникальным — в отличие от пластинки или видеозаписи, которая завтра остается той же, что и сегодня. Уже сейчас мы чувствуем острейшую нужду в импровизаторах! Джаз являет нам артиста совершенно особой категории. Его неверно отождествлять с инструменталистом эстрадного жанра, поскольку несопоставимы художественные задачи, решаемые ими, — импро-низатор обладает качественно иным уровнем художественного мастерства, несет жачительно большую исполнительскую нагрузку. Импровизатора не причислишь и к исполнителям камерной музыки, поскольку от него требуется не только вир-|уозное владение инструментом и образцовый вкус, но и композиторская одаренность.
Сегодня джаз — важный фактор музыкальной культуры. Его влияние можно проследить в массовых жанрах, в различных формах композиторского творчества, в исполнительском искусстве. Его идеи отразились в музы-клльной педагогике и в музыкальной эстетике. Искусство джаза гуманистично, ибо в центре его — человек. В джазе соединяются музыкальные традиции разных народов, и тем интереснее предстает его развитие в Советском Союзе — на равне с огромным этническим разнообразием. На палитре джазового артиста — иге музыкальные краски мира.
Музыкальная импровизация — самый древний вид музыкального искусства. История музыки началась с импровизаторства. Межкультурные спла-m.i в импровизационной музыке возникали не раз, поражая современников < моей яркостью. Если сегодня заново взглянуть на историю джаза, то окажется, чю обстоятельства и место его рождения были исторической случайностью, пусть и счастливой, а его победоносное шествие по планете и нынешняя стадия шолюции уже как интернационального искусства исторически закономерны.