Наше джазовое «сегодня» (речь пойдет о 70—80-х годах) по-особому близко каждому из нас.
Чтобы яснее представить, что «было» и что сейчас «есть» в советском джазе, сошлюсь на небольшой отрывок из беседы, которую я провел с Арамом Хачатуряном в 1973 году (полный ее текст помещен в следующем разделе книги). На мой вопрос: «Существует ли советская школа джаза?», Арам Ильич ответил: «У нас есть яркие личности, подлинные мастера джаза, есть интересные коллективы, вокруг которых растут молодые музыканты и складывается своя публика, но школы в общепринятом смысле пока еще нет. Конечно, со временем мы придем к этому, жизнь заставит. Советскому джазу нужна стройная система обучения, готовящая кадры высокообразованных музыкантов, нужна своя эстетика и критика, нужна, наконец, постоянная, а не случайная «среда обитания» (фестивали, конкурсы, клубы, лектории, абонементы, специальные рубрики в газетах и журналах, на радио и телевидении). Только когда усилия всех творческих, учебных, концертных организаций будут объединены и целенаправленны, джаз в нашей культуре станет тем, чем он может и должен стать».
Перечитывая эти строки сегодня, нельзя не поражаться тому, сколь прозорлив оказался А. Хачатурян в своих прогнозах.
Действительно, в джазе многое изменилось. И перемены эти значительны. Отмечу лишь некоторые из них.

Джаз окончательно оформился как автономный жанр нашей музыкальной культуры. Он решительно отошел от новейших форм эстрадно-развлекательной музыки. Привычные джазу функции бытового музицирования (прежде всего песенного и танцевального) взяли на себя громогласные, легкие на подъем, стандартизированные ансамбли типа ВИА, танцы перенеслись в дискотеки. Джаз повернул совсем в иную сторону. Если в 30—40-х годах он просто развлекал и апеллировал, говоря образно, «к ногам», к нашему чувству ритма, то теперь джаз все чаще обращается к нашему сознанию, интеллекту. Сплавы с фольклором, с современной симфонической и камерной музыкой придали ему новые черты, привнесли новые качества. Стилистические границы джаза раздвинулись.
Как и предвидел А. Хачатурян, в середине 70-х годов началось профессиональное обучение молодых музыкантов джазу в системе государственного образования — вначале в музыкальных училищах РСФСР, а затем, факультативно, и в некоторых консерваториях'. Важный момент для судеб джаза!

Молодые музыканты, приходя в джаз, обогащают его новыми идеями и все дальше уводят от любительства; то, чему публика в 50—60-х годах умилялась, в наши дни воспринимается как анахронизм. По существу и по форме советский джаз за последние несколько лет обрел статус профессионального искусства.

Изменилось в нашем джазе и то, что было названо средой обитания. С размахом проходят в различных городах страны джазовые фестивали. Джаз постепенно, хотя и не без труда, завоевывает позиции на телевидении и радио, возрастают тиражи грамзаписей. Лучшие коллективы и солисты все чаще появляются на филармонической эстраде, выступают на самых престижных международных форумах. Начала слагаться джазовая критика.